«Я выползла через дверь»: арендаторы сгоревшего ТСК в Стерлитамаке — о том, как спасались от огня

С самого утра 23 сентября, на следующий день после трагедии, у сгоревшего стерлитамакского ТСК толпятся арендаторы. Огромная очередь — около 50 человек, каждый ждет, чтобы войти внутрь и вытащить уцелевший товар.

У входа дежурят полицейские.

«Первый этаж, у кого рыба сдохла?» — кричит в толпу один из них.

«У меня!»

«Мы тоже рыба!» — отзываются из очереди продавцы.

Огромные морозильные камеры, гитары, ящики с овощами и фруктами караванами тащат из здания. Руки пачкаются от копоти, друзья и родственники пострадавших помогают выносить груды вещей. Особенно тяжелые вещи спускают по веревкам или просто сбрасывают в мешках. В толпе оказываются и некоторые продавцы-очевидцы.

«Ничего не успела сделать, схватила терминалы и ушла…» — звучит из толпы.

Пожар произошел на втором этаже. Многие продавцы говорят о том, что перебои с электричеством бывали здесь нередко.

«Три года назад у нас пробки выбивало. Запах гари был. Я говорила тогда Андрею: проверь, а он мне: „Да все нормально“» — вспоминает одна из арендаторов в толпе.

Людмила держала свой кабинет на третьем этаже ТСК «Солнечный». Она работала там около двух лет. Как она говорит, до сих пор не проводилось ни единой проверки. А вот «мерцающие» лампочки и подозрительные запахи на втором этаже, возле магазина «Эконом», они замечали ранее и непосредственно накануне.

«Пару раз было, да-да, было такое, что свет пропадал, — говорит Людмила. — И вот, кстати, честно говоря, по поводу запаха. Я вот именно в „Эконом“ спускалась (магазин на 2-м этаже, недалеко от него начался пожар), у меня такое бывало, что прямо я чувствовала, что есть запах».

По ее словам, перебои со светом тоже случались.

«Вырубался один раз, да. Когда свет выключился во всем здании. Просто такое ощущение, что автомат выбивало. Мелькал свет», — говорит Людмила.

Как вспоминает женщина, в самый день пожара она ушла домой за 20 минут до того, как вспыхнул огонь.

«Я ушла, только пришла домой, села пить чай, и мне звонит моя клиентка. Она работает в „Арбате“, увидела, что горит огонь на третьем этаже. Она знает, что я здесь работаю, и начала переживать: мало ли я здесь. Я сразу же приехала, у меня дом с той стороны», — рассказывает Людмила.

По ее словам, когда она подъехала, здесь уже было не протолкнуться: «Здесь даже напротив не разрешали стоять, потому что были скорые и пожарные».

Людмила также утверждает, что как минимум три года, что она там работает, в здании не было проверки пожарной безопасности, никогда не было тренировочной эвакуации или хотя бы электрика. Но сигнализация в злополучный день сработала.

«На видео с домофона соседнего дома видно, что сигнализация сработала, — говорит Людмила. — Многие говорят, что не сработала. Она сработала, но поздно — в тот момент, когда из окон дым повалил. То есть там уже достаточно сильно горело. Наверняка люди уже в панике, с этим шумом, наверное, просто не слышали. Поздно как-то она сработала. Если бы при первом запахе или при первом появлении дыма, может быть, и…»

Людмила до сих пор не может связаться с арендодателем, чтобы обсудить компенсацию за утраченное оборудование.

«У меня там два рабочих места, два стола, стулья, материалы — это 400 тысяч минимум», — говорит она.

Светлана — одна из тех, кто потерял при пожаре в ТСК «Солнечный» свой магазин. Она арендовала здесь помещение 15 лет, с самого открытия комплекса. Ее секция была на втором этаже. Сейчас она стоит у сгоревшего здания, руки в копоти, голова болит после допроса. Следователь опрашивал ее до часа ночи.

Светлана помнит, как начинался пожар. Огонь вспыхнул моментально, говорит она. И тут же переводит разговор на пожарных. По ее словам, они ехали очень долго.

«Если бы пожарные приехали раньше — удалось бы всех спасти. Пожарные ехали очень долго, очень долго. Уже я выбралась, уже девчонки все попрыгали из окон, а пожарных всё не было. Если бы пожарные приехали раньше… Здесь вина не руководителя, а пожарных. Это мое стопроцентное мнение. Если бы они раньше приехали, можно было локализовать сразу», — считает Светлана.

Огнетушители стояли везде. Но когда начался пожар, воспользоваться ими она не смогла — сама чуть не задохнулась от запаха гари, упала и поползла к выходу.

«Там секундное дело, какой огнетушитель? Если бы я пошла за огнетушителем, я бы не выползла оттуда. Там просто моментально все, просто моментально все… Огнетушитель под ногами у меня был, я падала уже, задыхаясь. Я как его возьму? Выползти только осталось. Там просто физически не было возможности взять огнетушитель. Физически не было возможности», — говорит Светлана.

Через дверь, повредив поясницу, она выползла. Сигнализацию она тоже слышала, правда, не все отреагировали на звуки.

«Для меня пищала. Кто не слышал — я не знаю. Она сработала просто, знаете, как у нас бывает: все сидят до последнего, пищит и пищит. И все выходили только из любопытства посмотреть. Потому что люди сами не кинулись выбегать вовремя. Вот и всё. Здесь человеческий фактор».

К арендодателю у нее претензий нет. Как она говорит, знает его с самого открытия.

«Я не буду ничего говорить, очень хороший человек. Не буду говорить», — отвечает она на вопрос об арендодателе.

По ее мнению, вешать на руководителя вину за пожар неправильно.

«Это короткое замыкание. Тут ничего не предугадаешь, и вешать на человека то, что он не совершал, [не нужно]. Он всеми действиями старался помочь», — считает Светлана.

Светлана считает, что если бы возгорание было небольшим, можно было потушить своими силами. Но все вспыхнуло моментально, и огонь буквально поглотил здание.

«Там уже тушить было невозможно».

Некоторые местные уж очень любили этот ТСК. Например, одна из пенсионерок — Ольга Маркелова — начала собственное расследование и собирается направить свои наблюдения в Следственный комитет. Как она считает, в деле много «странностей».

Напомним, по факту пожара в ТСК «Солнечный» Следственный комитет возбудил уголовное дело по ч. 3 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности двум и более лицам). Позже силовики задержали индивидуального предпринимателя — владельца комплекса. Его подозревают также по ч. 3 ст. 238 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей).